Живой мир

Пища попугая

Пища попугая

Пища попугаев состоит преимущественно из плодов и семян. Многие лори, однако, питаются почти исключительно цветочным медом, цветочной пылью и, может быть, также насекомыми, сидящими в цветочных венчиках; ара и клинохвостые попугаи кроме плодов и зерен поедают также почки и цветы, а некоторые какаду охотно едят личинок, червей и тому подобное. Вообще мне кажется весьма вероятным, что крупные виды этого отряда питаются животной пищей много чаще, чем мы предполагаем. На это указывает кровожадность некоторых попугаев, а также жадность, которую проявляют в неволе попугаи к мясной пище, раз они к ней приученные. Попугаи, которых я держал в клетке, нападали на других попугаев того же вида, прокусывали им череп и доставали мозг; съедали ли они его, я не могу припомнить. Другой свободно влетавший на волю попугай, как рассказывал мне его владелец, подкрадывался к молодым воробьям или к другим недавно вылетевшим из гнезда птенцам, ловил их, тщательно ощипывал, обедал отчасти, а остальное бросал. Зная это, мы едва ли можем удивляться, когда нам сообщают про несторов, что некоторые, по крайней мере, виды этого замечательного рода являются настоящими плотоядными птицами и едят даже падаль. Тем не менее, все-таки несомненно, что растительные вещества представляют главную пищу попугаев.

Уморительно наблюдать попугаев во время их воровских набегов на плодовые деревья и поля. В данном случае, как вообще при добивании пищи, они представляют собою до некоторой степени пернатых обезьян. „Крупные золотисто-зеленые арары Андов", сообщает Шппиг (Poeppig), „набрасываются стаями на ярко-красные эретринии и жёлтые тахии, цветы которых они поедают. Ужасен их крик, но хитрость подсказывает им, что этот крик опасен, когда они начинают опустошать зреющее поле маиса. Каждый из попугаев умеряет тогда свою склонность к шуму, слышно только подавленное ворчание, между тем как дело разрушения подвигается невероятно быстро.

Охотнику или огорченному индейцу нелегко подкрасться к этим хитрым ворам, так как пара наиболее старых опытных попугаев всегда выставляется в виде стражи на самых высоких деревьях. На первый предостерегающий крик потревоженная воровская стая отвечает общим сдержанным криком: при втором предостережении вся стая улетает с оглушительным криком только для того, чтобы по удалении врага тотчас же начать снова свое губительное дело. Шомбургк (Schomburk) на оснований собственных наблюдений подтверждает это сообщение и добавляет, что присутствие большого количества попугаев обыкновенно узнается только по шуму от выеденной шелухи, которая падает на широкие листья кустарников, образующих подлесок, и производить далеко слышный шум, напоминающий град"

Опустошения, производимые попугаями в поле и саду, невероятно велики и вполне оправдывают серьезное противодействие со стороны человека. Трудно предохранить что-нибудь от попугаев, а вполне защитить от них невозможно. „Они, а особенно большие арары, « говорить принц фон-Вид, „раскалывают своим огромным, сильным, подвижным клювом самые твердые плоды и орехи"; однако так же хорошо разделываются они и со скользкими плодами или мелкими зернами. Пильчатые насечки на верхней челюсти значительно помогают им удерживать пищу, имеющую гладкую поверхность или небольшой объём, а подвижный язык оказывает при этом существенную пользу. Вмиг расколоть орех, вылущен колос, очищено зерно. Если недостаточно одного клюва, то на помощь ему пускается нога, которой попугай ловко направляет пищу в рот. Подобно обезьянам попугаи опустошают гораздо больше, чем съедают. Массы попугаев, нападающих сообща на поля и плодовые деревья, пожирают там столько, сколько в состоянии съесть, еще более скусывают, а часть колосьев уносят на деревья, чтобы там спокойно набить свой ненасытный желудок. Они являются в плодовые сады, обшаривают каждое дерево, приносящее плоды, срывают последние, надкусывают, бросают их на землю, если они не удовлетворяют всем требованиям этих привередников, и рвут другие. Во время кормежки они лазают повсюду снизу доверху; добравшись до макушки дерева, они перепархивают, обыкновенно без взмахов крыльями, на другое дерево, чтобы начать там подобное же опустошение. В Северной Америке или в Чили они нападают на плодовые деревья и тогда, когда плоды их еще не зрелы, ради зерен, содержащих еще молоко. Можно представить себе, какое опустошение производят они при этом. По наблюдениям Одюбона, они очень любят посещать иногда скирды в поле. Они садятся и привешиваются на наружной поверхности скирды, вытаскивают клювом колосья из снопов и этим избавляют крестьянина от молотьбы. Про длинноклювых какаду говорят, что они выдергивают из земли, прорастающие хлебные всходы и этим наносят большой вред переселенцам - европейцам. В некоторых местностях попугаи являются бичом страны; кое-где они делают разведение известных полевых плодов просто невозможным. Разные попугаи оказывают предпочтение различным полевым и садовым плодам; таким образом, опасности подвергается все, что человек сет и садит для "себя, и нечего, конечно и думать о какой-либо дружбе между ним и этими птицами.

Наевшись, попугаи летят на водопой и купанье. Поют они много, по словам Одюбона и Шомбургка даже соленую или, по крайней мере, негодную для питья воду." Кроме случайного купанья под дождем они купаются и в лужах. Как сообщает нам Левальян (Levaillant), они купаются так, что „брызги летят на них, как капли при дожде". По наблюдениям Одюбона, попугаи охотно роются подобно курам в песке и порядочно при этом запылают свое оперение; с тою же целью они залезают даже в норы более крупных зимородков. Они отыскивают солончаки и регулярно появляются на лесных солончаках.

Источник - abc-24.info