Заявление в ЖЭК. Рассказ.
Автор: Елена | 03.04.2007
Находится в разделах: публикации в бумаг |
Когда Петрович добрел, наконец, до квартиры своего друга, то обнаружил его в глубочайшей задумчивости: Иван Иваныч вот уже полчаса мусолил карандаш и обреченно вертел в руках чистый лист бумаги. Очень белый и девственно чистый, помялся только немного. Дело-то, вообще говоря, было плевое - обычное заявление с просьбой о замене слива в ванной.
“А вдруг слово не так напишу?” - изводил себя сомнениями Иваныч, - “Или обижу кого? Жить-то ведь тут еще много лет… Да-а-а-а…” - и он снова задумчиво сунул черенок карандаша в рот, предварительно залив туда же пару рюмок горючего для храбрости.
На оптимиста Петровича тут же накатило красноречие. Вытаращив для пущей убедительности глаза, он с нажимом заговорил:
- Да чего ты тянешь? Заявление давай пиши, и пусть чинят!
- Не умею я, - запротестовал Иваныч, выразительно ткнув Петровичу пустым листком в живот.
- Ну вот, приехали. Значиться, мыться любишь, а заявление о смене слива написать не можешь, - по-доброму злопыхал друг.
- Я ж ходил к ним, помнишь, рассказывал намедни?
- Так то ж была так, считай, разминка. И теперь самое время бумагу написать, пока они тебя еще помнят, - уверенно закончил свою провокационную речь Петрович.
- Хех, - хмыкнул Иван Иваныч, - Точно помнят. Хорошо, сам успел с лестницы спуститься, а то бы они мне помогли.
- Вот и пиши, два раза подряд не спустят, - убежденно резюмировал Петрович и, прижавшись к облупленной стенке для устойчивости, ушел до хаты, оставив приятеля в глубоких раздумьях о смысле жизни и о завтрашнем дне.
Буква за буквой, слово за словом. Да что за такое?! Заявление почему-то упорно не хотело ложиться на бумагу. Ну никак!
- Что ж, - опрокинув следующую рюмку, постарался сосредоточиться Иван Иваныч. – Али я не хозяин собссвинай квартиры? Хозяин! И посему… - мысль без предупреждения полетела дальше, оставив, так сказать, «хозяина» наедине с бумагой.
Взор пометался немножко в поиске потерянной темы, а грудь тем временем привычно вздрогнула от очередной принятой на нее чарочки.
- Тээкс, и на чем мы там остановились? - Фокус сбился, в очках отобразились два листочка с какими-то каракулями.
Иваныч решительным движением сгреб листки в охапку и приблизил их к окулярам. Листки склеились в один и показали Ивану фигу с маслом. Во-первых, они стали синего цвета, а во-вторых, куда-то делись все записи, которые Иваныч сделал (он точно это помнил!!!) собственноручно. Подвигав руками вперед-назад проситель поймал-таки положение, при котором – о, счастье – лист побелел и буквы стало видно. Теперь осталось всего лишь дописать, запечатать в конверт и отнести в ЖЭК начальнику. Как просто!
Довольный тем, что буквы-таки на листке нашлись, Иваныч решил устроить перед решительным броском небольшой отдых и позаниматься расслабляющим тренингом. Ну… это когда рука пишет сама собой бесконтрольно, оставляя на бумаге все тревожные мысли и скрытые волнительные моменты, освобождая своего хозяина от смуты в душе хотя бы на некоторое время. Листочек щедро усыпался сикось-накось написанными сложными словосочетаниями, основу которых составляли слова на Х, П, Г и С, а смысл свелся к нежному обращению все туда же – в родной ЖЭК.
Гребень сугревной волны и внезапная посттренинговая легкость в голове и суставах приподняли Ивана к самой вершине творческого процесса. И оно родилось, то заветное заявление! Под это дело пригодился чудненький листочек, который был – ну точно – немного испачкан какими-то кривулями с одной стороны.
- Много чести, еще бумагу на них переводить! – как можно более мужественно заявил Иван Иваныч, гордо поглядывая на свое оттопыренное отражение в эмалированном чайнике.
Листок был перевернут и благодарно принял на свою поверхность все мысли хозяина.
- Петрович-то хоть и дурак бывает, а ведь смотри-ка, не зря сегодня зашел, - мысленно поблагодарил друга Иваныч. – Вот бы я с этим делом мучился.
Перечитать написанное уже не было сил. Письмо отправилось в конверт и устроилось на столе в ожидании завтрашнего решительного похода.
Спал Иван Иваныч плохо. Ему виделись кошмары. Вот он заходит в контору, протягивает бумагу, летит вверх тормашками в туманную даль и… вновь поднимается в контору по уже знакомой лестнице, чтобы тут же вылететь из нее со свистом. Раз за разом: топ-топ, фью!
Веселый лучик солнца стрельнул сквозь оконное стекло. Все, момент истины настал.
Иваныч пружинно выпрямился на кровати, последний раз проверяя свою волю. Он даже не стал пытаться зажмурить глаза и заснуть… Целых пять минут! Даже эта вечность не внесла никаких корректив в уже принятое решение Все - значит, все. Решено. Еще пять минут наш кремень наслаждался необычными внутренними ощущениями и приливом чувства самоуважения.
Фью разнеслось по округе чуть позже.
О визите некоего загадочного прынца еще некоторое время напоминали отпечаток пятой точки в сугробе у крыльца ЖЭКа, отбитая нога дежурного слесаря и багровая шея начальника конторы, уставившегося в листок с огромным количеством слов на П, С, Г и Х.
А тем же вечером Петрович, нарисовав йодовую сеточку на подпухшей мякоти приятеля и заботливо поправив под ней подушечку, принял самое живое участие в составлении заявления в контору по обслуживанию лифтов.
Да и как по-другому? Ведь без друзей сейчас – никуда!
© Елена Шмыгина. 2007-03-03
разделы: публикации, рассказы
тематически близкие записи:
05.10.2009 в 4:13 пп
=)